Легенды Тайноречья
Истории, которые сохранились в народе
Истории, которые живы
Кроме легенды о тайной деревне в лесу и её необычных жителях, в памяти народа этой местности сохранились и другие истории. Они живы до сих пор. Их рассказывают те, кто вырос в этих местах, кто помнит, о чём говорили бабушки, кто чувствует, что их земля — это не просто деревья и дома с заборами, а живое место со своей историей. И они эту историю бережно хранят.
Ниже —сказания, которые остаются в памяти местных жителей и благодаря им остались живы.
Кроме легенды о тайной деревне в лесу и её необычных жителях, в памяти народа этой местности сохранились и другие истории. Они живы до сих пор. Их рассказывают те, кто вырос в этих местах, кто помнит, о чём говорили бабушки, кто чувствует, что их земля — это не просто деревья и дома с заборами, а живое место со своей историей. И они эту историю бережно хранят.
Ниже —сказания, которые остаются в памяти местных жителей и благодаря им остались живы.
Георгиевский валун
С южной стороны церкви в Георгиевском, ниже по склону, на змеиной горе лежит огромный камень. Тёмный, шершавый, с прожилками кварца, которые поблёскивают на солнце. Если провести по нему рукой, он не гладкий — с мелкими выемками, как будто его трогали тысячи раз.
Неизвестно, сколько он здесь лежит. Может, сто лет. Может, двести. А может, и больше.
Но он точно старше всех, кто сейчас живёт в окрестных деревнях.
Чуть выше — храм. А за ним, на горе, было старое кладбище. Именно оно упоминается в метрической книге от 1784 года, именно на нем захоранивали людей живших в Георгиевском и некоторых из Копнино.
Чуть ниже — речка и сразу за ней родник.
С южной стороны церкви в Георгиевском, ниже по склону, на змеиной горе лежит огромный камень. Тёмный, шершавый, с прожилками кварца, которые поблёскивают на солнце. Если провести по нему рукой, он не гладкий — с мелкими выемками, как будто его трогали тысячи раз.
Неизвестно, сколько он здесь лежит. Может, сто лет. Может, двести. А может, и больше.
Но он точно старше всех, кто сейчас живёт в окрестных деревнях.
Чуть выше — храм. А за ним, на горе, было старое кладбище. Именно оно упоминается в метрической книге от 1784 года, именно на нем захоранивали людей живших в Георгиевском и некоторых из Копнино.
Чуть ниже — речка и сразу за ней родник.
Камень лежит между храмом со старым кладбищем и водой.
Между теми, кто ушёл, и теми, кто ещё идёт. Между небом и землёй.
Такие места на Руси всегда считались особыми. Где храм — там небо.
Где кладбище — там граница. Где родник и река — там жизнь.
А камень между ними — как страж, как точка перехода, где мир живых встречается с миром ушедших.
В старину говорили: если камень лежит на таком месте, он не простой.
Он видит всё. Он помнит всех, кто проходил мимо.
При установлении советской власти камень хотели убрать — считали колдовским, соединяющим этот мир с иным.
По легенде - его подняли, и из-под него ударил столб белого света. Испугавшись, что там действительно есть какой-то вход, камень вернули на место.
В 2014–2015 годах, при восстановлении храма его снова пытались сдвинуть, с применением современной техники, транспорта — поставили на ребро, пытались погрузить в транспорт, но не смогли.
Больше его никто не трогал. Он так и лежит у тропинки, которая спускается к роднику.
Местные часто присаживались отдохнуть на этот камень, когда шли из под горы с родника или из соседней деревни через овраг.
Камень видел и тех, кто шёл за водой, и тех, кого несли на гору, на кладбище, провожая в последний путь. Видел священников с крестным ходом, видел детей, возвращающихся из школы, стариков, присаживающихся отдохнуть. Видел дожди и снега, зной и холод. Видел всё — и до сих пор остается на месте.
Когда подходишь к нему, кажется, что он смотрит. Не как человек — как место, которое видело слишком много, чтобы удивляться чему-то новому.
И может быть, поэтому его так и не смогли убрать: камень, который лежит на границе, уходит только тогда, когда сам захочет.
Между теми, кто ушёл, и теми, кто ещё идёт. Между небом и землёй.
Такие места на Руси всегда считались особыми. Где храм — там небо.
Где кладбище — там граница. Где родник и река — там жизнь.
А камень между ними — как страж, как точка перехода, где мир живых встречается с миром ушедших.
В старину говорили: если камень лежит на таком месте, он не простой.
Он видит всё. Он помнит всех, кто проходил мимо.
При установлении советской власти камень хотели убрать — считали колдовским, соединяющим этот мир с иным.
По легенде - его подняли, и из-под него ударил столб белого света. Испугавшись, что там действительно есть какой-то вход, камень вернули на место.
В 2014–2015 годах, при восстановлении храма его снова пытались сдвинуть, с применением современной техники, транспорта — поставили на ребро, пытались погрузить в транспорт, но не смогли.
Больше его никто не трогал. Он так и лежит у тропинки, которая спускается к роднику.
Местные часто присаживались отдохнуть на этот камень, когда шли из под горы с родника или из соседней деревни через овраг.
Камень видел и тех, кто шёл за водой, и тех, кого несли на гору, на кладбище, провожая в последний путь. Видел священников с крестным ходом, видел детей, возвращающихся из школы, стариков, присаживающихся отдохнуть. Видел дожди и снега, зной и холод. Видел всё — и до сих пор остается на месте.
Когда подходишь к нему, кажется, что он смотрит. Не как человек — как место, которое видело слишком много, чтобы удивляться чему-то новому.
И может быть, поэтому его так и не смогли убрать: камень, который лежит на границе, уходит только тогда, когда сам захочет.
Продолжение следует
Скоро здесь появятся новые истории
Читайте также